Вэн-цзы - перевод с английского - 10

Материал из Даосская Библиотеки
Перейти к: навигация, поиск

К оглавлению

Содержание

Лао-цзы говорил:

Когда внутри таится расчетливый разум, тогда чистая невинность является фальшивой. Что касается тех, в ком духовные качества не достигли своего совершенства, то кто знает, насколько далеко может зайти их разрушительность? Что касается тех, в чьих сердцах больше нет злобных чувств, то они даже могут взять голодного тигра за хвост, не говоря уже о других людях.

Те, кто воплощает в себе Дао, свободны и никогда не зайдут в тупик. Те, кто позволяет всевозможным расчетам руководить своей жизнью, тяжело трудятся, но без всякой пользы. Строгие законы и тяжелые наказания — не дело великих вождей; хлестать лошадь снова и снова — это не способ одолеть длинное расстояние.

Когда симпатий и антипатий становится все больше и больше, за ними следует беспокойство. Поэтому законы древних правителей — это не то, что было выдумано, а то, чему доверяли; их запреты и наказания — это не то, что было придумано, а то, что соблюдалось.

Следовательно, способность продолжать уже имеющееся, ведет к величию, в то время как искусственные выдумки ведут к убогости; способность соблюдать то, что уже установлено, ведет к безопасности, в то время как изобретательность приводит к крушению.

Те, кто позволяет своим глазам и ушам за всем наблюдать и ко всему прислушиваться, тем самым утомляют свой разум и утрачивают ясность. Те, кто пользуется умствованием, чтобы осуществлять контроль, тем самым мучают свой разум и ничего не достигают.

Если вы полагаетесь на таланты одного человека, то это вряд ли приведет к успеху; если вы развиваете способности одного человека, то этого недостаточно даже для того, чтобы управлять домом и садом. Если же вы следуете логике истинного разума и естеству неба и земли, тогда вам не сможет противостоять даже вселенная. Уши закрыты для порицания и похвалы, глаза дают себе волю благодаря цвету и форме. Хороших манер явно недостаточно, чтобы избежать привязанности, но искренний разум может постичь всю необъятность и глубину.

Итак, нет оружия острее, чем воля, и нет разбойника величественнее, чем Инь и Ян. Самый великий разбойник скрывается в теле и не высказывается в полной мере; посредственный разбойник прячется в горах, а самый ничтожный ищет убежища в толпе простолюдинов. Поэтому и говорится, что когда у людей много хитрости и ума, тогда возникает множество странных вещей, а когда издается огромное количество законов и приказаний, появляется множество воров и бандитов. Избавьтесь от всего этого, и никаких бедствий не произойдет. Следовательно, управлять народом с помощью хитрости вредно для него, а отказ от подобного управления полезен.

Бесформенное велико, оформленное мало; бесформенного много, оформленного мало. Бесформенное сильно, оформленное слабо; бесформенное существенно, оформленное ничтожно. Оформленное завершает работу, бесформенное кладет начало. То, что завершает работу, создает орудия; то, что кладет начало, является неиспорченным. Имеющее форму, имеет и звук, не имеющее формы, звука не имеет. Оформленное рождается из бесформенного, поэтому бесформенное является началом оформленного.

Широкий размах и богатство придают известность, а то, что известно, считается благородным и совершенным. Умеренность и строгость неизвестны, а то, что неизвестно, считается низким и незначительным. Изобилие прославляет, а то, что прославлено, считается почетным и уважаемым. Бедность безымянна, а то, что безымянно, презирается и считается постыдным. Мужественность прославляет, а то, что прославленно, выделяется. Женственность безымянна, а то, что безымянно, утаивается. Процветание прославляет, а то, что прославлено, получает высокое социальное положение.

Нужда безымянна, а то, что безымянно, получает низкое социальное положение. То, что имеет достоинство, имеет и имя, а то, что не имеет достоинства, не имеет и имени.

Знаменитое рождается из безвестного, безвестное — мать знаменитого. Следуя Дао, существование и несуществование порождают друг друга, трудность и легкость создают друг друга. Поэтому посредством чего бы мудрецы ни совершенствовали свои добродетели, они придерживаются искренности, спокойствия и деликатности Дао. Поэтому, когда кто-то следует Дао, он обладает добродетелью, если он обладает добродетелью, то обладает достоинством, если он обладает достоинством, то является знаменитым, если он знаменит, то возвращается к Дао, а его достоинство и слава длятся вечно, никогда не подвергаясь поношению в течение всей его жизни.

Правители и знать знамениты благодаря своим трудам, а сироты и нищие — нет, поэтому мудрецы, относясь к себе как к одиноким и бедным, возвращаются к корням. Их труды достигают своего завершения без стяжательства, поэтому недостижение считается выгодным, а безвестность считается действенной. В древние времена люди были невинны и не могли отличить восток от запада. Тогда отсутствовало несоответствие между внешним видом и испытываемыми чувствами или между словами и поступками. При этом они избегали всякого украшательства, поэтому их действия и речи были просты и безыскусны. Их одежды были не столько разноцветными, сколько теплыми, а их оружие было тупым и не имело лезвия. Их движения были неторопливыми, глаза — ясными. Они копали колодцы, чтобы добывать воду, пахали землю, чтобы добывать пищу. Они не раздавали материальные блага и не искали наград. Тот, кто занимал высокое положение, не стремился нанести поражение тому, кто занимал низкое, и наоборот; высокий ростом и невысокий не стремились выяснить различия между ними. Можно следовать обычаям, которые одинаковы для всех, легко справляться с работой, которая каждому по силам. Чтобы популяризировать обычаи, мудрецы не прибегают к высокомерным искусственным ухищрениям, которые оглупляют общество, и рискованному поведению, которое вводит в заблуждение народные массы.